Главная - Статьи

Анатолий Приставкин и его сага о беспризорных детях войны

 

  • Приставкин, Анатолий Игнатьевич. Ночевала тучка золотая: повесть (любое издание)
  • Приставкин, Анатолий Игнатьевич. Кукушата: повесть (любое издание)
  • Приставкин, Анатолий Игнатьевич. Вагончик мой дальний: повесть (любое издание)

 

pr-0001Анатолий Игнатьевич Приставкин (1931 – 2008) родился в подмосковных Люберцах, в семье мастера-краснодеревщика. Счастливое или, во всяком случае, сытое детство будущего писателя оборвалось с началом Великой Отечественной: отец ушел на фронт, а мать в 1941 голу умерла от туберкулеза. Десятилетний мальчишка стал беспризорником, сполна хлебнул горя, голода и одиночества, со временем же, если бы выжил, должен был бы вырасти вором и бандитом. Судьба, однако, смилостивилась над будущим писателем, и в 1944 году вернувшийся с фронта отец разыскал мальчика в детском доме, который был переведен с Урала в Чечню, где, по замыслу сталинского правительства, детдомовцы и должны были заселить земли опустошенной репрессиями республики.

Беспризорное детство — как квинтэссенция трагедии народа — и стало главной темой зрелого творчества Анатолия Приставкина, высшим взлетом которого явилась повесть «Ночевала тучка золотая», впервые опубликованная в журнале «Знамя» в 1987 году.

В молодые годы, однако, Приставкин и как профессиональный журналист и как молодой беллетрист воспевал героический труд строителей социализма. Воспевал и честно, и талантливо, и со знанием дела, ведь, завершив образование в Авиационном техникуме, он окончил еще и Литературный институт, после чего, уже опубликовав свои первые рассказы в катаевской «Юности», отправился на строительство Братской ГЭС в качестве собкора «Литературной газеты». Он писал живые репортажи и одновременно работал в бригаде бетонщиков. Так что знал людей, о которых пишет, и на своей шкуре ощутил все неустройство их быта.

Автор популярных «таёжных» повестей и романов, Анатолий Приставкин скоро стал известным и любимым, особенно «оттепельной» молодежью, писателем. С 1981 года он — преподаватель Литературного института, журналист «Литературки» и член Союза писателей, при этом не терявший живой связи с Сибирью и ее людьми.

Начало перестройки в советской печати ознаменовалось валом публикаций ранее запрещенной в СССР литературы, созданной и за рубежом, и в метрополии. Советскому читателю открылись книги Мережковского и Алданова, Набокова и Газданова, публицистика мыслителей русского зарубежья и лучших литераторов метрополии. Были опубликованы такие знаковые книги, как «Собачье сердце» М. Булгакова, «Жизнь и судьба» В. Гроссмана, «Дети Арбата» А. Рыбакова, в полном объеме читателю открылась поэзия Н. Гумилева и А. Ахматовой, В. Ходасевича и Г. Адамовича, М. Цветаевой и Н. Клюева.

pr-001

Но и на этом фоне повесть Анатолия Приставкина «Ночевала тучка золотая» не то что не затерялась — прозвучала как глас набата. Знаменитый историк, филолог, писатель Игорь Волгин сказал о ней, пожалуй, точнее других критиков: повесть «была прочитана всеми. «Тучка» настолько затмила собой остальные тексты Приставкина, что в сознании многих читателей он, написавший совсем немало, останется автором одной книги».

«Ночевала тучка золотая» — книга, в чем-то продолжающая дилогию А.С. Макаренко и «Республику ШКиД» Г. Белых и Л. Пантелеева, однако во многом и отрицающая их социальный оптимизм. Что ж, разные времена, разные социальные заказы, разные цензурные условия. Но дело не только в этом. Дело еще и в том, что эпоху книг Макаренко можно считать в какой-то мере эпохой Возрождения, с ее надеждами и общим энтузиазмом. Приставкинский же опыт трагичен в полной мере. Мало того, ад советского тылового бытия показан в «Тучке» и последовавших за ней «Кукушатах» глазами его самых главных и самых безвинных жертв – даже не подростков, а десятилетних детей. Так что, когда одного из героев зверски убивают люди, доведенные до зверства, гибель его навсегда отбивает и души его братьев. А жизнь с отбитой душой — ничуть не меньшая трагедия, нежели просто смерть.

Ни «Тучку», ни другие автобиографические повести Анатолия Приставкина я пересказывать в подробностях не буду. Читайте и перечитывайте, если найдете в себе мужество, сами. Здесь нет фронтовых буден и подвигов. Здесь есть та же и в то же время другая война, еще более страшная, война власти со своим народом во время войны всего народа с внешним врагом. И жизнь, еще более беспросветная — жизнь вопреки судьбе.

pr-004Разумеется, повесть сразу же экранизировали — уже в 1989 году одноименный фильм вышел на экраны страны. Но еще годом ранее Приставкин опубликовал повесть «Кукушата» — как бы непрямое продолжение «Тучки». Здесь речь шла о других детях войны, уже не о двух братьях, но о целом их десятке, что, может быть, и экзотично, и даже фантастично, но не менее справедливо, ибо все безвинные жертвы войны и террора — братья.

Третья часть этой — назовем ее так — «детдомовской» трилогии — появилась спустя полтора десятилетия. Новая вещь называлась «Вагончик мой дальний» и рассказывала историю беспризорных подростков — Ромео и Джульетты, как бы опровергая утверждение английского драматурга: «Нет повести печальнее на свете».

Есть, есть куда более печальные повести, и «Вагончик» — одна из них.

pr-005

С начала 90-х Приставкин активно включается в общественную деятельность, участвует и возглавляет различные организации, борется за отмену смертной казни в России, председательствует в Комиссии по помилованию при Президенте РФ. Несмотря на такую востребованность и занятость, он продолжает писать книги. И для взрослых, как документальные романы «Долиной смертной тени» и «Тихая Балтия», и для детей, как сборник сказок «Летающая тетушка».
Незадолго до смерти писатель закончил многострадальный, одновременно автобиографический и исторический роман «Король Монпансье Мармелажка первый», повествующий о первом русском историке Григории Котошихине и вновь о беспризорных детях войны.

Писатель умер летом 2008 года, добившись помилования или смягчения приговора 57 тысячам заключенных, написав не один десяток хороших книг, создав пронзительную сагу о сиротском детстве, навеки проклявшую войну и террор. Его именем названы улицы в городах Гудермесе и Магасе, стараниями вдовы изданы его последний роман, дневники и эпистолярий. Три повести Приставкина экранизированы, по его книгам ставятся спектакли, лучшие вещи издаются на иностранных языках, а пятитомное «Избранное» уже дважды вышло в издательстве «Зебра Е».