Главная - Статьи

Лёв и Софья: полувековая история любви

 

  • Ефимов, Игорь Маркович. Ясная поляна: роман в диалогах. – Новосибирск: Свиньин и сыновья, 2015. – 336 с., ил.

Гению можно всё: показывать жене – девочке, младшей его на 16 лет, собственный интимный дневник, по десять раз заставлять ее переписывать свои громадные рукописи, при этом, будучи аристократом, две трети жизни обуваться в лапти и пахать землю, питаться одним хлебом да грибной похлёбкой, заставлять дочерей работать санитарками, заботиться не о членах своей семьи, но о чужих господах, хороших только потому, что тебе кажется, что они разделяют твои завиральные идеи, разругаться с государством и церковью, на полном серьезе предлагая всему человечеству опроститься, принять на веру искаженный тобой образ Христа, а в конечном счете попытаться оставить ближних без куска хлеба и уйти умирать в никуда, в чужой угол. Что ж, Владимир Ленин безусловно был прав, назвав Льва Толстого «зеркалом русской революции» - той самой, люмпенской, пролетарской.

Оно так - гению можно всё. Кроме, пожалуй, одного: предавать свой дар нельзя, изменять музе с идеологией, литературе с религией, тем более с религией, которую ты сам же и выдумал. Вера и вообще – штука опасная, в особенности когда светский человек приходит к ней в зрелом возрасте. Она, как правило, его забирает с головой, отнимает у жизни, превращает если не в монаха, то в фанатика.

Таковым и был Лёв Николаевич Толстой, величайший русский писатель, вывернувший наизнанку все общепринятые материальные и моральные человеческие и в особенности гражданские ценности. В этом трагедия его самого и его ближних.

Об этой-то трагедии и рассказывает роман в диалогах, или сценарий для документально-игрового телесериала, который никогда, конечно, снят не будет, - сценарий, написанный известным русским прозаиком и американским издателем Игорем Марковичем Ефимовым (1937 – 2020), с чьим художественным творчеством я знакомил вас на примере небольшой повести о детстве «Таврический сад». Впрочем, «написанный» - определение не совсем подходящее, Скорее – продуманный, собранный и составленный по образцу, заданному еще в 20-х – 30-х годах прошлого века Викентием Вересаевым в его книгах «Пушкин в жизни» и «Гоголь в жизни». Он, этот образец, представляет собой монументальный свод документов, мемуаров, высказываний, дневниковых записей, раскрывающих жизнь человека и писательскую личность в подробностях и тонкостях, подверстывающихся под авторскую (составительскую) концепцию. В случае с такой титанической личностью, какой был Лёв Толстой, эта составительская концепция, естественно, не может являть собой однозначного любования героем. А к тому же и героев, друг с другом единых и друг другу противостоящих, в книге два – Лёв Николаевич Толстой и его жена Софья Андреевна Толстая, в девичестве Берс.

Вдова Достоевского, единственного достойного соперника Льва Толстого в литературе, сказала о Фёдоре Михайловиче: «Солнце моей жизни». Софья Андреевна таких слов для своего мужа не нашла. Почему – поймем, прочитав роман в диалогах Игоря Ефимова. Однако она искренно любила мужа все те без малого полвека, что они прожили вместе. Книга Ефимова – об этой любви, действительно очень сильной и очень разной у жены к мужу и у мужа к жене.

В еще большей мере книга Ефимова - о толстовском тотальном бунте, от которого, как и от всякого русского бунта, больше всего пострадал его собственный дом.

ef-02

Но главная тема книги «Ясная поляна», не высказанная прямым текстом, заключается, пожалуй, в том, что гений Толстого все-таки оказался сильнее и его бунта, и его духовных метаний, и его измены творчеству с проповедничеством, ведь потомкам, читающим и перечитывающим «Войну и мир», «Анну Каренину», «Хозяина и работника», автобиографические повести о рассветной поре жизни, вновь и вновь пишущим новые и новые биографии великого Льва и труды о его творчестве, сегодня и всегда необходимо именно его слово о человеке, его понимание человека, а не представление о том, какой должна быть церковь.

Многие, вероятно, с моими выводами не согласятся. У них – другой Толстой. И книга Игоря Ефимова об этом тоже.

А еще она – о том, как меняется человек с годами, как утрачивает отзывчивость и широту души, как, смертельно боясь умереть, при всем своем уме и гении, теряет способность видеть истинные – душевные – признаки собственного умирания.

Впрочем, таковы мы все, Толстой тому лишь наиболее яркий пример. Пример величайший, как и он сам, граф Лёв Николаевич Толстой.

Право же, издательство «Свиньин и сыновья» совершило удачный выбор, опубликовав из многих и многих новых работ о Толстом именно эту небольшую по объему, но глубокую по замыслу и точную по исполнению книгу российского автора, полжизни прожившего за океаном и, следовательно, способного увидеть и оценить личность главного выразителя русской жизни и русского духа и изнутри и со стороны.

 


Страницы:  1