Главная - Статьи

Голоса войны Светланы Алексиевич

  • Алексиевич, Светлана Александровна. У войны – не женское лицо… / фот. – Минск: Мастацкая лiтаратура, 1985. – 318 с., ил.
  • Алексиевич, Светлана Александровна. Последние свидетели. – М.: Время, 2013. – 304 с.

nb_20-696

Светлана Алексиевич (1948 г.р.) – первый белорусский и последний на сегодняшний день русскоязычный писатель, удостоенный Нобелевской премии по литературе. При этом первый журналист и документалист, получивший эту премию в 2015 году. Социал-демократка по убеждениям, белоруска по отцу и западная украинка по матери, она более десяти лет жила в западно-европейских странах, ныне живет в Минске, режим Лукашенко не поддерживает, хотя активной политикой и не занимается, считая, что писатель должен писать книги. Даже документалист. Тем более – документалист, в юности учившийся у Алеся Адамовича и Василя Быкова, работающий в оригинальном авторском жанре романа-оратории, или эпического хора, в который сливаются десятки и сотни устных рассказов свидетелей эпохи, выпавшей на долю советских людей.

Жанр этот, получивший название «Голоса Утопии», действительно оригинальный и действительно авторский, хотя предшественники у него, разумеется, есть – тот же Александр Адамович, с его документальной повестью «Я из огненной деревни» и совместной с Даниилом Граниным «Блокадной книгой». Как это ни покажется на первый взгляд удивительным, назову и предшественника предшественников, Викентия Вересаева, с его историко-литературными монтажами «Пушкин в жизни» и «Гоголь в жизни». Отличие работ Алексиевич в том, что подобный вересаевскому авторский монтаж она составляет не из документов, а из собираемых ею в течение многих-многих лет интервью - живых голосов свидетелей какой-либо из многочисленных трагедий советской эпохи, зачастую последних свидетелей. Работа над циклом началась в 1983 году и продолжается до сих пор. На сегодняшний день свет увидели шесть книг, две из которых, самые первые, рассказывают о Великой Отечественной.

Всё началось с книги «Я уехал из деревни», содержавшей запись рассказов белорусских крестьян, уехавших жить в города, которую молодая журналистка подготовила к печати еще в 1976 году, но так и не смогла опубликовать, поскольку в ней критиковалась политика партии, в частности, жесткий паспортный режим.

А потом была книга «У войны – не женское лицо», несмотря на поддержку Адамовича и Быкова, в середине 80-х с немалым трудом пробившейся в печать, сначала в побитом цензурой, сокращенном варианте в журналах «Октябрь» и «Неман». В последующих книжных изданиях, только за второе пятилетие 80-х достигших колоссального двухмиллионого суммарного тиража, и то не сразу, а постепенно цензорские сокращения были восстановлены.

Сегодня и эту, и последующие книги Светланы Алексиевич мы можем читать и перечитывать в полном объеме, но чтение это – не просто сострадание, а, скорее, со-терзание и великая мука, за что, помимо политических расхождений, и не устают критиковать писательницу и слева и справа.

Тем не менее читать Алексиевич необходимо всем, кто хочет понять наше недавнее и вовсе не прошедшее прошлое, да, если быть честным, и не прошлое вовсе, а наше непреходящее – то, что называется ментальностью. И конечно – узнать подлинную сущность Великой Отечественной войны.

Почему? Потому, что о быте и подвиге солдат и офицеров написано множество книг, немало написано и о подвиге женщин и детей в тылу, но это всё литература художественная, в той или мере сочиненная, придуманная. Алексиевич же дает нам возможность услышать подлинные голоса тех, кто не придумывает и вообще сочинять не умеет. Они, эти хрупкие девочки из хора оратории «У войны – не женское лицо», вытаскивавшие с поля боя раненых двухметровых бойцов или воевавшие с ними плечом к плечу на передовой и в партизанских отрядах, и те белорусы, кому в годы войны было по 5 – 12 лет - герои книги «Последние свидетели» - просто вспоминают, зачастую преодолевая желание забыть, вычеркнуть из памяти пережитой многолетний и неотступный даже через десятилетия ужас тех, кто несмотря ни что дожил, выжил. Но не пережил и никогда не переживет. Тех, кто не хочет вспоминать – и не может вспоминать ни о чем другом, кроме этого, потому что все прочее – быт, а это – само Бытие, страшное, обнаженное, в сущности, нечеловеческое. Такое, которое преодолеть может только Человек. Не просто унижаемый и оскорбляемый, а изничтожаемый теми, кому имя – нелюди. А нелюди приходят в нашу жизнь не только извне, но, что еще страшней, возникают даже среди нас самих. И вот именно эта последняя правда породила и порождает до сих пор тех, в ком книги Светланы Алексиевич не просто вызывают осуждение, но порождают ненависть. Круг замыкается.

Воистину, ничто не забыто. И не будет забыто, не может быть забыто, если родителей расстреливали на глазах у маленьких детей, а младенцев забивали прикладами на глазах у матерей, если шестилетний мальчик с пулей в плече ползком спускается в яму, где свалены в кучу его расстрелянные соседи и родственники, чтобы поддержать недобитую врагом крохотную девочку.

nb_20-694

Маленькая, сильная, бесстрашная женщина в одиночку создала, быть может, самый главный памятник маленькому Человеку с большой буквы, сумевшему остаться человеком в эпоху, когда смерть торжествовала над жизнью, и тем самым доказать, что любовь, сострадание, жертвенность сильнее смерти и ненависти, даже в эпоху торжества нелюдей.

Эти книги читать трудно, тяжко, почти невозможно. Но эти книги нельзя не прочитать.



Страницы:  1