написать письмо на главную

Версия для слабовидящих


Главная
Электронный каталог
Новости
О библиотеке
Услуги
Ресурсы
Муниципальные детские библиотеки Новосибирской области
Наши конкурсы
Методические материалы
Портреты писателей
Рассказы о книгах
МАКСИМКА предлагает
Фотогалереи
Гостевая книга
Полезные ссылки

Поиск по сайту
 

В.П. Минко, Л.П. Лазарева. Всеумеющий художник. Александр Давидович Шуриц – иллюстратор детских книг

 
 
Беседуют Виталий Порфирьевич Минко, художественный редактор Западно-Сибирского книжного издательства (Новосибирск) с 1955 года, и Любовь Павловна Лазарева, художница, иллюстратор.
 
 
Л. П.: Расскажите, как вы познакомились с Шурицем. Каким было первое впечатление от его работ?
 
В. П.: Это был 1969 год. Наше издательство тогда уже имело свой имидж, свой круг художников-иллюстраторов. В то время к нам часто приходили молодые, начинающие художники. Саша был уже из третьего поколения художников-иллюстраторов. Два предыдущих поколения рисовали в основном постановочные иллюстрации. А художественный редактор контролировал, направлял, следил, чтобы рисунок был точный.
 
С Шурицем такой задачи у нас не стояло. Он пришел после Строгановки готовым специалистом, со своим багажом, со своими знаниями, которые были в какой-то степени для нас новыми. Рисовать он умел хорошо. Но кроме рисовальщика он был еще и дизайнером, как бы сейчас сказали.
 
В одной из книжек, подаренных им, была дарственная надпись «Уважаемому учителю от непослушного ученика». Я задумался, что же это такое имеется в виду – «непослушный ученик»? Что я учитель для него – это, конечно, повод для гордости! Почему «непослушный ученик»? Потому что иногда все-таки его рисунки шли вразрез с реальностью. Но Саша был не то что покладистый – он был уважительный. Он чувствовал, видел и понимал, что мы правы в своих требованиях, потому что это было справедливо.
 
Л. П.: Так что «непослушный ученик» – это он преувеличил?
 
В. П.: Ну да. Когда я просил его что-то исправить или переделать, он совершенно спокойно все выполнял. Но его все время тревожило, беспокоило и двигало какое-то чувство нехватки этого необычного, того, что он хотел. В отличие от многих художников, у него была мастерская. Он занимался живописью. Его очень ценили в Союзе художников, но та живопись, которую я у него видел, меня как книжника не устраивала. Длинные шеи, руки, ноги... Надо отдать ему должное, в работе над книгами он сильно это не навязывал. Хотя какие-то «измышлизмы» даже по ранним черно-белым рисункам можно увидеть. Саше повезло: уже через год он сумел сделать цветную книжку – это было, конечно, удивительно. До этого никто из художников так рано до цветных работ не допускался. Это надо было заслужить: многое уметь, а главное – знать полиграфию.
 
Л. П.: Он рассказывал, что по собственной инициативе сделал иллюстрации к «Багажу» С. Маршака, а потом было принято решение эту книжку издать.
 
В. П.: В то время стали учитывать пожелания художников. Такое раньше представить было невозможно. А тут появились возможности строить план, исходя из заказов читателей, пожеланий книготорга и предложений художников. Он предложил свой багаж. И мы с тобой эту таксу на всю жизнь запомнили.
 
Он нашел и опробовал здесь много приемов, которые потом повторялись – костюмы, каблучки, позы... А нас сразу покорило то, что кроме вот этого интересного построения лиц, фигур, костюмов и т. д., Саша сразу предложил дизайн, а это не каждому художнику дано! Он скомпоновал книгу, все было на месте, и придраться к композиции было невозможно.
Посмотри, как он нарисовал собаку! Гороховский, Аврутис, Калачев – каждый из них был мастак изображать зверей. Но это – что-то совершенно иное!
 
Л. П.: Насколько я знаю, в 70-е г. в нашей началось вот такое модернистское течение в детской иллюстрации, а до этого был главным образом реализм. Получается, что эта книжка опередила время!
 
В. П.: Хотя, если мы посмотрим, подобные вещи и у Гороховского и у Аврутиса уже к тому времени были. Хочешь-не хочешь, это влияние западного искусства.
 
А вот эта вещь – «Иван-царевич и серый волк» – сделана под явным влиянием Билибина.
 
Л. П.: Нет, здесь свой стиль. У Билибина он взял орнаменты. Но они совсем иначе смотрятся здесь. А какое решение обложки!
 
 
В. П.: Да! И прекрасный форзац. В тонкой книжке не полагается форзац, а Саша предложил – оказывается, без него книжки-то не было бы! Целиком и полностью законченное решение.
 
Иллюстрации шикарнейшие! В них совмещено объемное и плоскостное. Кроме того, он пользовался орнаментами, вставлял их на полную катушку. И мы не могли возразить, потому что все это было здорово!
 
Л. П.: Я видела эту книжечку давно, и сейчас смотрю на нее глазами взрослого человека, художника – очень красиво! Но вот когда я была ребенком, мне это не очень нравилось…
 
В. П.: Потому что ты хотела сюжет видеть, а он делал не сюжет, а книгу.
Вот книжка К. Ушинского «Слепая лошадь». Посмотри, как здорово сделано – и объем, и перспектива, и условность. Оставить вот такой чистый угол… И очень интересно сделаны картуш и колонцифра.
 
Ну вот, смотри, 1975-й год. И. Краснов «К вечному огню». Это патриотическая вещь. Такое было задание. Совершенно не свойственное Шурицу, никаким образом, ни с какой стороны. Эта работа важна для меня тем, что он нашел приемы, к которым я потом обращался несколько раз в работе с миниатюрами, с политическими изданиями – использование коллажа, фотографии. Опять проявилось его искусство, его умение компоновать.
 
Л. П.: Здесь полноценные сюжетные иллюстрации…
 
В. П.: Всё очень натурально и точно – и оружие, и форма. Не гнушался он этой точностью, не избегал. Не обманывал. Делал честно.
Ну, в общем, здесь Саша в совершенно иной ипостаси.
У него была своя специфическая цветовая гамма. Я недавно обнаружил, что во всех этих книгах с офсетной печатью черная краска вылезла, и цвет заглох.
 
Л. П.: То есть, в натуральном виде они были более яркими?
 
В. П.: Конечно! А вот это издательство «Детская литература» – И. Пивоварова «Только для детей!» .
 
Его решение, буквы, которые он часто использовал, его птички знаменитые, бабочки и прочие штучки – он ими пользовался очень умело, заполнял страничку. Взглянешь, зацепишься – и начинаешь рассматривать. Сколько здесь улыбки! В его мозаичности, игре чистого листа и пятен…
 
Л. П.: Мне сейчас пришла мысль, что у него скорее интеллектуальное рисование, нежели образное, игра ума.
 Он пользуется этими образами, как конструктором, просчитывает сочетание форм и смыслов.
 
В. П.: Понимаешь, у него это готово было все, вот что удивительно. Он пользовался этим не жалея, иногда даже перехлестывая. Особенно в последних работах – можно было меньше делать, и достаточно было бы.
Я помню два случая неудач. Предложил ему иллюстрировать Петра Воронина, фантаста старшего поколения. Саша так много всего напридумывал, и оказалось, что это, прости меня, другой век. Он просто перестарался, не почувствовал автора.
 
Л. П.: Спорный вопрос… Такие иллюстрации могли бы текст приподнять, договорили бы то, что автор не написал.
 
В. П.: Автор писал, исходя из состояния современной ему науки, стиль его был не такой инженерный, какими получились иллюстрации. Возможно, он просто застеснялся, что еще до этого не дорос… Наверное, прежде всего это была моя ошибка. Не надо было поручать такую работу.
 
А второй раз, когда мы издавали стихи Елизаветы Стюарт. Саша, конечно, ничего такого не сделал… Но цветы у него были Шурицевские. У Стюарт хватило такта принять это оформление. Но ведь у каждой поэтессы свой изыск, и конечно, художник должен был именно Стюарт подчеркнуть. А он сделал по-своему, наотмашь. Я к тому, что Саша пробовался везде…
 
Л. П.: Я думаю, что обаятельные зверушки, красивые цветы – это не его совершенно. У него мужской, конструктивный взгляд. Поэтому не всем этот художник подходил.
 
В. П.: Вот вторая книжка с подписью. Линии он часто использовал. Это, наверное, правильно. При его искрометном, щедром наполнении иначе страницу просто не ухватишь глазом.
 
Л. П.: Это, скорее, журнальный стиль.
 
В. П.: Может, и журнальный. Но он и к классическим, полосным вещам возвращался. И в обрез делал. Вот это – Г.-Х. Андерсен «Принцесса на горошине» – одна из последних вещей. Хотя тут есть некоторая нарочитая небрежность, но всё прорисовано. А мордочки – Шурицевские.
 
Ну и, наверное, никуда не денешься вот от этой вещи – сказок А. Волкова. Он заслужил право на издание этой серии. Началось с одной книжки. Сделал очень квалифицированно, «вкусно», уже по своим собственным канонам. Книга состоялась, она имела огромный успех. И тогда книготорг попросил продолжить эту серию Волкова. Здесь и графические иллюстрации, и цветные. Почти параллельно, чуть раньше, выходила эта же серия в Москве. Можно об этом спорить...
 
Понимаешь, у Владимировского хорошо нарисовано, но не подходит это к Урфин Джюсу, Гудвину, дровосеку. Ведь действие происходит на сказочной земле. И этот аромат Шурицу очень понятен. Конечно, придираться к иллюстрациям можно. Но сколько он всего напридумывал – просто можно позавидовать. Потрясающе! Я боялся, что он начнет повторяться. Ничего подобного! Шесть томиков, и все сделаны по-разному.
 
И напоследок хочу показать, какой он был – не всеядный, а всеумеющий художник! Других было не заставить нарисовать научно-популярную книжку. А Саша это чувствовал, видел и хотел. Вот, предположим, В. Пищенко «Как хлеб на поле вырастили». Таких книг у нас целая серия вышла. Он не только рисовал, но и рассказывал, придумывал то, о чем и не говорится у автора. Все изображено – и механизмы, и технологический процесс, и птицы, и знакомая буханка за 24 копейки…
 
Л. П.: Эту информацию в то время было еще не так-то просто найти. Это сейчас в интернете есть все.
 
В. П.: А вот из этой же серии – Р. Кошурникова «Почему муха упала в обморок».
 
Л. П.: Чаще всего в таких случаях добросовестную реалистичную иллюстрацию выполняют. Либо вообще фотографии используют. А тут – параллельный текст получается.
 
В. П.: Да, он любил это. Воспринимал автора, и был соавтором буквально.
 
А вот «Строим метро» Е. Мельникова. Мало того, что он лазил туда, ходил к строителям, зарисовывал. Вот по этой странице, пожалуйста, можно проводить целый урок.
Все это не очень точно. Эмоционально. Об этом можно бесконечно говорить, рассказывать. А главное, можно все эти иллюстрации сравнивать. Это очень интересно!
 
 
Записала Л. П. Лазарева
 
Май 2017 г.
 
 
 
Новосибирская областная детская библиотека им. А.М. Горького, 2007-2017

Яндекс.Метрика