написать письмо на главную

Версия для слабовидящих


Главная
Электронный каталог
Новости
О библиотеке
Услуги
Ресурсы
Муниципальные детские библиотеки Новосибирской области
Наши конкурсы
Методические материалы
Портреты писателей
Рассказы о книгах
МАКСИМКА предлагает
Фотогалереи
Гостевая книга
Полезные ссылки

Поиск по сайту
 

Золотые сны и одна только правда (сегодняшний день и недавнее прошлое в детских книжках скандинавских писателей). Часть вторая

Аландер, Даг Себастьян. Рауль Валленберг. Пропавший герой: документальная повесть / пер. со швед. А. Александровой; (худ. не указан). - М.: Самокат, 2007. - 128 с., ил.
Тор, Анника. Правда или последствия: повесть / пер. со швед. И. Матыциной. - М.: Самокат, 2011. - 152 с. - (Встречное движение)
Эво, Юн. Солнце - крутой бог: роман / пер. с норвеж. Л. Горлиной. - М.: Самокат, 2010. - 320 с. - (Встречное движение)

Добрый день, друзья мои!

Продолжаем нашу беседу о золотых снах и одной только правде скандинавской детской литературы последних лет. Кстати, почему – золотые сны и одна только правда? Первая часть заголовка – цитата из лермонтовского «Демона», вторая – фрагмент клятвы, которую дают свидетели в американском суде, положив руку на Библию и обещая говорить правду, только правду и ничего, кроме правды.

Как вы понимаете, золотые сны, навеваемые человеку демоном, есть ложь, да и не могут ею не быть. В широком же смысле этот стих принято относить к воздействию на нас искусства, лишь в идеале одновременно и правдивого, как сама жизнь, и прекрасного, как мечта. На деле обычно получается: либо – либо, либо правдивого, либо прекрасного. Что же до одной только правды в суде, тут и вовсе чаще всего является один только золотой сон. Тем не менее обе формулы остаются как бы общественным идеалом, и всякий суд, как и каждый творец стремится (или должен стремиться) к его осуществлению. В нашем же случае… Впрочем, попробуйте по прочтении сами решить, какие из представленных в этом обзоре книг навевают золотые сны, а какие режут правду-матку, и ничего, кроме нее. И насколько полно свои цели авторы этих книг осуществляют.

Как и обещал позавчера, начну с новой книжки шведской писательницы Анники Тор «Правда или последствия». Конечно, вы еще не забыли прекрасного впечатления, оставленного ее тетралогией «Остров в море», о которой мы говорили трижды – по мере выхода книг на русском языке. Не раз говорили и о самой писательнице, поэтому сегодня не будем вновь возвращаться к ее биографии. Обратимся непосредственно к книжке. Правда или последствия – это название детской игры: участник запрашивается ведущим, что тот выбирает: говорить правду или принимать от других играющих ее последствия. Невинная вроде бы забава при определенном настрое игроков может обернуться, как в настоящем суде, лжесвидетельством и печальными результатами. Что и происходит в повести. Как именно – рассказывать, конечно, не буду, читайте книжку. В целом же это история, как сказали бы замечательные писатели-фантасты братья Стругацкие, о дружбе и недружбе, это история об одиночестве и жестокости – таких неумелых, страшных и приводящих в отчаяние, какие бывают только в отрочестве, ибо на сознательный, со всех сторон обдуманный выбор между добром и злом оно, отрочество, еще не способно. Но будущий человек начинается именно с отрочества, иначе говоря - все последствия, которые определяют жизнь взрослого человека, зачастую проистекают из той правды или неправды, которую он выбирает в 12 лет.

Героине повести именно 12 лет, закадычная подружка ей изменила, предпочтя одноклассницу, раскованную девицу из обеспеченной семьи. Вследствие чего Нора не в шутку страдает, обижает, а затем и подставляет другую девочку, Карин, - добрую некрасивую и, разумеется, по-человечески куда более содержательную, чем вся компания «золотой молодежи», к которой так тянет Нору. Повесть написана от лица самой Норы, в форме ее дневника, что позволяет автору, не вдаваясь в длинные описания, показать самые потаенные уголки подросткового сознания и подсознания. Финал книжки открытый, как и финал «Острова в море», что, по-видимому, следует считать сознательным приемом писательницы, даже, вероятно, и осознанно выбранной ею формой. Да ведь и верно: и детство, и отрочество, и юность – это лишь начало жизни, даже лишь вступление в жизнь, все главное еще впереди. Может быть. Но ведь может быть – и такое нередко случается не только в литературе, - что именно это-то вступление в жизнь и оказывается самой главной, самой лучшей и даже самой созидательной ее порой. Анника Тор

В нашей критике «Правду или последствия» часто сравнивают с повестью В. Железникова «Чучело». Сравнение вполне уместно, но не исчерпывающе, поскольку, даже оставляя в стороне национальную, социальную и половую принадлежность авторов, и в том, и в другом случае мы имеем дело с хорошей литературой. А она, хорошая литература, всегда нова, свежа и интересна, ибо каждый настоящий писатель никогда не повторяет другого. Даже если пишет вроде бы о том же самом. В конце концов, Лев Николаевич Толстой писал «Анну Каренину» по мотивам и в противовес «Мадам Бовари» Гюстава Флобера, но как эти книги об одном и том же непохожи друг на друга!..

О нелегкой поре взросления рассказывает и норвежский писатель Юн Эво в своем романе «Солнце – крутой бог».

Герой книжки, 16-летний городской подросток, задолбанный как собственными комплексами, так и комплексами окружающих… Прошу прощения за выражение «задолбанный», но без него не обойдешься, ибо таков язык романа, дивно переведенного старейшей нашей переводчицей Л. Горлиной, умудрившейся любовно и, по-видимому, совершенно адекватно передать эклектичные сознание и речь героя и автора (книга написана от первого лица и в той же форме дневника, что и повесть А. Тор) – панка и неудавшегося поэта, вполне себе сытого гражданина одной из богатейших и упорядоченных европейских стран, но при этом настоящего писателя, превосходно знающего социальную и индивидуальную психологию своих персонажей, отлично умеющего передать их речь, явные и тайные мотивы их поведения, короче говоря, рассказать о придуманных людях так, что они становятся понятнее настоящих.

Юн ЭвоТак вот, герой книжки, Адам – это не настоящее его имя, а настоящее, как сообщает Адам, он и сам забыл, - обращаясь к читателям по неизменной формуле «Братья & сестры», выкладывает ничтоже сумняшеся всю подноготную, то есть всю правду и только правду о самом себе, о ближних и даже дальних, таких же, как он, не слишком удачливых, не очень состоятельных в духовном плане, средних людях, не плохих и не хороших – обычных. Причем выкладывает ее не кому-нибудь, а самому солнцу, облюбовав себе уединенное местечко на крыше элеватора. И солнце – крутой бог и свой парень - ему отвечает. И подталкивает его к решению повзрослеть за летние каникулы. Адам в эти каникулы должен был бы работать разносчиком товаров, дабы оплатить велосипед, купленный с отложенной оплатой в магазинчике, который содержит его старшая сестра на пару с подружкой. Но, согласитесь, работать и взрослеть одновременно, то бишь размышлять о смысле жизни и неуклонно обозначать себе тщательно обдуманные цели на завтра – не просто. Вследствие чего Адам работу бросает, но не признается в этому никому – ни, естественно, сестре, ни матери – заведующей цветочным магазинчиком, вряд ли приносящим большой доход, ни тем более отцу – бывшему панку, ныне ударившемуся в любительское актерство и ни о чем другом не рассуждающему, кроме как о постановке в компании таких же, как он, любителей, классической драмы в стихах Генрика Ибсена «Пер Гюнт».

У всех свои проблемы, коими персонажи романа безжалостно друг друга долбают, но больше всего проблем, конечно, у Адама. К концу книжки они так или иначе разрешаются – Адам парень сильный, хоть с виду и чахлый. Повзрослеть ему тоже удается, хоть, скорее всего, и не так, как он предполагал. И освободиться от кое-каких проблем тоже удается, только вот на смену подростковым проблемам приходят иные – взрослые, о том, собственно, и книжка. А как Адам будет решать уже не подростковые, а юношеские сложности, Юн Эво рассказывает, надо полагать, в следующем романе трилогии, к которой и мы с вами, возможно, вернемся, когда книга попадет к нам в руки.

В Сети об авторе и его книге можно встретить немало материалов, книжка того стоит. Автор же и в самом деле фигура любопытная. Так, сам о себе он подробно сообщает, например, как готовит бифштексы, что любит больше всего (Осло – утром, днем и вечером, Шварценеггера – всегда, темные очки, комиксы, сигары, свою кожаную куртку и подружку Карин), как начинал сочинять стихи, как бросил сочинять стихи и начал сочинять прозу и многое-многое другое. Безоговорочно верить всему сказанному, пожалуй, не следует – писатели в своих привязанностях не слишком-то постоянны, да к тому же имеют привычку, ставшую второй натурой, - сочинять. Так что, правду от последствий отличить у них бывает затруднительно. Как, например, расценивать заявление Эво о том, что по какой-то из боковых линий он связан родством не с кем-нибудь, а с мамой Нильса Хольгерсона – ну, того парнишки, что летал на гусе Мартине в Лапландию, помните? Речь о знаменитой шведской писательнице, Нобелевской лауреатке 1909 г. Сельме Лагерлёф. Мол, по причине этого родства, Юн Эво и избрал себе первый псевдоним – по именам писательницы и ее героя – Хольгер Селмас. То ли и правда – правда, то ли одни последствия?..

Впрочем, это не так уж и важно. Важно, что роман у бывшего панка из непутёвой группы «Выстрел в затылок» получился недурной. Не какая-нибудь третичная постмодернистская игра, а хорошо рассказанная история, пусть и не слишком оригинальная, поскольку в немалой мере зависима от классического образца в этом жанре – «Дневника Адриана Моула» Сью Таунсенд. Во всяком случае, познакомиться с этой неплохой книгой и ее оригинальным автором, по-моему, стоит. Я о потраченном времени не пожалел, думаю, что не пожалеете и вы.
И – несколько слов еще об одной книжке, с которой познакомиться надо обязательно, хотя непосредственного отношения к художественной литературе она, на мой взгляд, и не имеет. Впрочем, и к строго документальной – тоже. Именно в этом, в какой-то межжанровости, ее недостаток, по всей вероятности, происходящий от того, что автор – шведский дипломат Даг Себастьян Аландер не профессиональный писатель. Впрочем, материал, пожалуй, искупает недостатки исполнения. Речь – о повести «Рауль Валленберг. Пропавший герой».

В принципе, о Валленберге написано и снято немало. Люди моего поколения об этом настоящем герое знают хорошо. Аландер, конечно, хотел, чтобы и сегодняшние дети не забыли о нем. И поэтому попытался рассказать доступным даже самым маленьким читателям языком о детстве Рауля Валленберга, о том, как обычные люди становятся героями. Сложность в том, что документальных свидетельств о жизни этого человека – в тот период, когда он совершал свои героические деяния, особенно же – о последних годах и днях его жизни, осталось совсем немного, а достоверных тем более. О многом биографы героя могут только догадываться. Догадки, однако, не материал для документальной биографии. Отсюда – и двойственное впечатление от книжки Аландера, в которой характеру героя, несмотря даже на беллетризованную часть о его детстве и юности, недостает отчетливости, скульптурной выпуклости, что ли. Портрет человека остается карандашным наброском, лишь отчасти тщательно прорисованным, но по большей части теряющимся в тени. И уже, наверное, наше с вами дело – довести в воображении этот карандашный набросок до монументального полотна.

Коротко о том, кто такой Рауль Валленберг – для тех, кто почему-либо этого не знает. Сын офицера ВМФ Швеции, скончавшегося за три месяца до рождения Рауля, внук дипломата, внучатый племянник крупных банкиров, юноша мог бы, что называется, кататься как сыр в масле, если бы не твердый мужской характер, не позволявший ему пополнить ряды золотой молодежи, и не эпоха, в которую выпало жить. Поэтому Рауль Валленберг упорно и успешно учился – языкам, экономике и архитектуре и до начала Второй мировой войны успел отлично проявить себя во всех деловых начинаниях. Но война перечеркнула планы талантливого молодого человека и, простите за высокопарность – сам-то Валленберг ни высокопарным, ни сентиментальным не был, - призвала его к подвигу. В 1944 году он добивается, чтобы его приняли на работу в Рауль Валленберг шведское посольство в Венгрии, где в то время, как, впрочем, и во многих странах Европы, гитлеровцы массово уничтожали еврейское население. Там, в Будапеште, Рауль Валленберг сделал все и много больше того, что было в силах одного человека – спас около ста тысяч человеческих жизней. К 1945 году, когда в Будапешт вступили советские войска – освободители, ему было всего 32 года. И это – все, что мы знаем о Валленберге достоверно. В январе 1945-го он был арестован не то НКВД, не то СМЕРШем, вывезен в Москву, где следы его теряются окончательно, несмотря на многолетние поиски родных и государственных учреждений Швеции. Почти наверняка бесстрашный герой, спасший сотни тысяч человеческих жизней, был расстрелян чекистами, либо умер на колымской каторге. Даг Себастьян Аландер, в 1990-е годы работавший генеральным консулом в Ленинграде (ныне – Санкт-Петербург), говорит о том, что имеет свидетельства, указывающие на то, что Рауль Валленберг  в 60-е годы был жив. Доказательств, однако, у него нет, как и ни у кого другого из занимающихся поисками героя. Архивная же пучина НКВД, как сказал бы автор романа «Человек-амфибия», хранит молчание.

Прочтите эту книгу, возможно, именно кому-то из вас в будущем удастся пролить свет на судьбу человека, совершившего один из самых великих гуманистических подвигов не только в ХХ столетии, но и во всей человеческой истории.

На этом я прощаюсь с вами до следующих встреч. Будьте здоровы и не уставайте читать хорошие книги.
Новосибирская областная детская библиотека им. А.М. Горького, 2007-2017

Яндекс.Метрика